«Чувствовала: не хотят, чтобы победила россиянка»

«Чувствовала: не хотят, чтобы победила россиянка»

Marathon des Sables считается одним из самых сложных ультрамарафонов на планете. Это шестидневная гонка по Сахаре на дистанции в 251 километр. В этом году женский Marathon des Sables выиграла Наталья Седых – фитнес-тренер из Перми, сейчас живущая в Дубае. Роман Мун узнал, как она это сделала.

– С Marathon des Sables получилось случайно.

Один мой друг узнал, что я занимаюсь бегом, и сказал: «Побежали «Сахару»? 250 километров по пустыне, полный экстрим». Я восприняла это как шутку и ответила: «Нет, спасибо, я этим не интересуюсь, без меня». Но у него то ли дар очарования, то ли он интересно рассказывает, я заинтересовалась, почитала в интернете и решила: почему нет. Регистрироваться туда надо быстро, это очень известный марафон, там уже в конце 2015-го открывают регистрацию на 2017-й.

Marathon des Sables – это большой коммерческий проект. Это неофициальное соревнование, главный фактор, так или иначе – деньги, возможность оплаты взноса. Французские организаторы очень хорошо на нем зарабатывают, так что прежде всего их интересует ваша возможность заплатить, только потом они отсеивают тех, кто не подходит по здоровью или еще по каким-то причинам.

Стартовый взнос – 3100 евро. Еще экипировка, трансфер до Парижа, виза, что-то еще – в общем, нужно было больше 4 тысяч евро. Мне рассказывали,  один участник сказал, что потратил 10 тысяч. Были люди, которые мне помогали – мои друзья, участники MDS 2015: пермский инвестор Дмитрий Кириллов, руководитель школы I Love Running Dubai Ринат Мустафин.

По статистике в основном туда едут люди 40-50 лет. Они хотят удивить себя чем-то необыкновенным и могут решить финансовый вопрос. Лидеры гонки, как правило, все на спонсорской поддержке. Участие профессиональной элиты на MdS не оправданно: высокий риск для спортивного здоровья, низкий призовой фонд, внушительный стартовый взнос. Тут история не столько о спортивных достижениях, сколько о расширении сознания, открытии новых границ своих возможностей. Тут выступают люди с протезами ног, рук, слабовидящие – сами или с помощью волонтеров. Самому возрастному участнику было более 80 лет. И он отлично выглядел.

Фото www.facebook.com/MarathonDesSables

Скажу как тренер: повальная мода бегать марафоны несколько затуманивает мозги. Вот взрослый человек всю жизнь сидел за компьютером, ничего тяжелее мышки не поднимал, жил в режиме диван – офис и вдруг понял: о, все бегут и я побегу. У меня есть время, деньги, побегу Marathon des Sables. Это огромное заблуждение – люди часто пренебрегают подготовкой. Это неграмотный подход. На MdS не нужно проходить специального отбора. Немудрено, что потом люди сходят, попадают в больницу, лежат под капельницами, портят себе здоровье. Они воспринимают все это как fun, хотя даже 42 километра – это уже колоссальная нагрузка.

Здоровье

Я росла достаточно слабым ребенком: много болела, меня в секции из-за этого не отдавали. В 16 лет самостоятельно выбрала секцию легкой атлетики. Когда я выполнила норматив в мастера спорта и подготовка к соревнованиям стала более жесткая, у меня начались спортивные травмы: проблемы с сухожилиями по причине недовосстановления. Травма в любой момент может закончить карьеру. У меня был момент, когда я готовилась к марафону, мы с тренером формировали подготовку. В какой-то момент я начала хромать. Спорт высших достижений очень жестокий, возиться с тобой никто не будет. Я с этим не согласилась, и дала себе слово, что добьюсь того, о чем всегда мечтала.


Фото www.facebook.com/MarathonDesSables

У меня был диагноз: тендопериостеопатия прикрепления к пяточному бугру ахиллова сухожилия. Это достаточно специфичная для спорта травма. Я приходила к обычным пермским врачам, они говорили: у тебя все хорошо. В обычной жизни нестрашно, что ты похромала, а потом перестала. Но если хочешь выполнять спортивные нагрузки, претендовать на призовые места, так нельзя.

Я потратила много времени и сил, чтобы обойти почти всех врачей в Перми. Никто помочь не мог – это специфическая проблема легкой атлетики. Один мой друг триатлет порекомендовал обратиться к доктору Владимиру Нечаеву, который был в свое время главным врачом сборной России по марафону и сам когда-то бегал. Нашла этого врача, приехала к нему в Московскую область – просто чтобы он сказал, есть ли шанс восстановиться. Он меня посмотрел и сказал: травма достаточно сложная, потому что перешла в хроническую стадию. Понимаете, вот как спортсмен воспринимает травму? Сначала он ее отрицает: что-то заболело – ой, нет, мне показалось – надо дальше готовиться. В этот момент важно сбавить нагрузку, дать отдых. Но в моем случае этого не было.

Врач назвал мне сумму и сроки. Всего лишь 50-60 тысяч рублей, но для меня тогда – три года назад – это были невероятные деньги. Я и так была в минусе: долги, перемещалась я везде в дешевом плацкарте. Я почувствовала: надежда есть, но она такая далекая. Я дала себе слово: за год заработаю эти деньги и вернусь в эту клинику. Я приехала в Пермь, устроилась на работу, начала раздавать долги. У меня была банка, куда я бросала деньги. Прошел год, я поехала в клинику и прошла комплексное лечение. Этот человек, который помог… Сказать «помог» – это вообще ничего не сказать. Он дал мне снова мое спортивное здоровье. Я еще потом к нему приезжала с другими травмами. Он воскресил меня как спортсменку. После победы на MdS, я жду момента, когда смогу еще раз туда приехать и поблагодарить доктора.

Подготовка

Я всегда считала, что очень плохо переношу жару. Я из Перми, лето у нас несколько дней в году. У меня был грамотный подход к гидратации организма. Я много пила – изотоники, солевые таблетки – чтобы водно-солевой баланс поддерживать. А так особой подготовки к жаре не было. Я решила, что буду решать этот вопрос уже во время бега. В прошлом году, когда я впервые участвовала в Marathon des Sables, я вообще приехала в Сахару прямо из Перми и нормально сбегала.


Фото www.facebook.com/MarathonDesSables

Собирая рюкзак, надо обязательно соответствовать правилам, которые выдвигают организаторы. Все проверяют, особенно у лидеров гонки. Тем более у россиянки. Организаторы – французы и британцы, они… Ну, я не могу это утверждать, но я чувствовала, что они не особо хотят, чтобы россиянка выиграла. Конечно, им было намного интереснее, чтобы выиграла француженка. И они меня обязательно проверяли после каждого финиша – там была специальная палатка, где они взвешивали рюкзак и проверяли содержимое. Когда они поняли, что у меня все есть, то начали задавать вопросы. Чем вы питаетесь? Как вы готовите, если у вас нет котелка? Как греете воду? Носите зубную щетку? Покажете? Потом начали проверять нашу российскую команду – что они несут, может, их штрафануть? Во время гонки меня однажды остановили, чтобы проверить мои зрачки. Я тогда бежала бодрая и свеженькая, зачем остановили, до сих пор непонятно.

В рюкзаке, среди прочего, надо иметь ядоотсос – такой специальный шприц и антисептик. Не знаю, насколько ядоотсос работает, но он должен быть. Это, на самом деле, перестраховка, потому что я даже хотела увидеть какую-нибудь тварь: скорпиона или тарантула. Ничего не было, только маленькие ящерки и скарабеи.

Перед гонкой есть день технического контроля, где тебе выдают бланки, в которые ты пишешь, что ты несешь. Если у тебя две бутылки для воды, то ты должен их отметить, если берешь котелок, то должен их отметить. Надо писать, какая одежда. Кто-то носит с собой батарею для айфона. Люди, которые не бегут на результат, не хотят первого места, могут позволить себе взять котелок.


Фото www.facebook.com/MarathonDesSables

Во время самой гонки я использовала энергетические гели – это специальное спортивное питание, которое позволяет подпитывать организм в легкоусвояемой форме. Батончики я не использовала, потому что на беге они сложно усваиваются – твердая пища. И еще изотоники и солевые таблетки. В лагере у меня была сублимированная пища: специальные порошки, которые я сама делала, засушивая продукты. Это, например, сухомясо: оно отваривается и засушивается в духовке. Сухоовощи. В общем, сублимированные продукты высокого качества – концентрированные, энергетическоемкие, которые ты заливаешь водой, размешиваешь и ешь. Не могу сказать, что это очень вкусно, зато питательно и удобно.

Гонка

Фото www.facebook.com/MarathonDesSables

В этом году было 1200 участников, женщин – около 200. Гонка делится на этапы, которые известны заранее. У нас есть базовый лагерь, из которого мы выбегаем. Еще есть roadbook, где написано: сегодня бежим столько-то, завтра – столько-то. Были чипы, по которым замеряли время, потом оно суммировалось. И была карта, где обозначено: где дюны, где дорога, где выжженная земля, где горный участок, где надо карабкаться.

Стартовый и финишный лагерь перемещаются по дистанции: выбегаешь из лагеря, прибегаешь в лагерь. Чем раньше прибегаешь, тем больше отдыхаешь. Я прибегала всегда к обеду. В лагере мы ели и спали. Лагерь – простой палаточный лагерь. Тент над головой, ковер на песке. Берберы – местные жители Марокко – просто ставили две палки, натягивали сверху ткань и клали шерстяной ковер, который якобы отпугивает насекомых и скорпионов.

На MdS есть ограничения по количеству воды, которое тебе выдается. Насколько я помню, это 9 литров воды в день. Утром мы просыпаемся, подъезжает машина, нам выдают воду, причем бутылки и крышки подписаны, потому что существует большая система штрафов. Если ты выбросил бутылку и загрязняешь пустыню, то за такое дают час штрафа, если не больше. Потом на финише дают три бутылки воды, чтобы ты приготовил себе пищу, помылся и постирал. Под стиркой подразумевается разное: иногда ты просто поливаешь себя водой, чтобы смыть соль, грязь, пыль. Носки обязательно нужно стирать, у тебя могут быть раны, мозоли, зачем усугублять ситуацию. В общем, ты сам выбираешь, на что тратить воду. Однажды нам организаторы после долгого этапа выдали колу: приезжала машина и давала всем по баночке. В этом году ее давали и после финиша.

Организаторы хорошо обеспечивают медпомощью. Над тобой постоянно летают вертолеты, машины периодически проезжают, оттуда доктора смотрят, все ли у тебя ОК. Если у тебя мозоль после первого этапа, ты можешь прийти в медпункт и попросить ее обработать. Никому не надо, чтобы у кого-то случилось заражение и начались проблемы. Вообще против мозолей используют специальные вазелиновые карандаши, силиконовые напальчники. И еще размер кроссовок: у меня обычно размер 39, а там у меня были кроссовки 42 размера – меньше натираний, ну и нога почти всегда отекает из-за солевого дисбаланса и физической нагрузки.

Фото www.facebook.com/MarathonDesSables

И я еще видела там отделение для тяжелобольных, там здоровые мужики лежат под капельницами. Насколько я знаю, поставить капельницу с глюкозой – это штраф час.

Был сложный этап в конце второго дня, когда мы бежали по открытому пространству. Достаточно плоская поверхность, но был момент, когда вода практически закончилась и я ждала, что будет чекпойнт. Но я бежала и не видела на горизонте ничего. А солнце как раз было над головой: 12 дня, оно жарит, силы заканчиваются, вода заканчивается, сзади бежит конкурентка-француженка Муклер и я не могу позволить себе сбавить темп. И в какой-то момент прекратил дуть ветер. Я бежала и старалась отгонять от себя нехорошие мысли: вот меня сейчас накроет и не смогу добежать. Пазл по всем сложностям тогда сошелся.

После гонки

Я пока еще ничего особо не получила за победу, кроме огромной позитивной волны от родных, знакомых и незнакомых людей. Себе лично я еще раз подтвердила, что надо до конца верить в свои силы и ни на минуту не сомневаться в том, что все может получиться. Я работаю фитнес-тренером, мои ученики очень вдохновились этой победой, эта победа даже не столько для меня лично, сколько для них и моих близких. Может, даже, чтобы дать какой-то позитивный толчок в социуме. Чтобы кто-то действительно встал бы с дивана и понял, что имеет силы быть тем, кем он хочет.


Фото www.facebook.com/MarathonDesSables

Будет денежный приз – насколько я знаю, шесть тысяч евро в течение двух месяцев. Это небольшие деньги относительно того, сколько было потрачено. Я не рассматриваю эти деньги в том смысле, что пойду и куплю себе машину или что-то еще. С огромным удовольствием верну их тем, кто вкладывался в меня. Главное – то, что я сдержала слово сделать максимум. И еще социальная значимость – я вижу ее в откликах людей.

Возвращаться в цивилизацию, в обычную жизнь – это было замечательно. Без телефона, без суеты, без мыслей о том, где достать дрова, куда привязать носки, чтобы их не сдуло – на MdS живешь в другом мире. Когда дома включила телефон, то минут пять ждала, пока он загрузит все сообщения и слушала сигналы уведомлений. У меня только в WhatsApp было 760 непрочитанных сообщений. Еще 100 в фейсбуке и 100 в «Контакте». Мне еще и новые приходят – вторую неделю не успеваю все прочитать.

Моя установка в жизни – рассматривать все просто и относительно. Как бы тебе ни было тяжело, ты всегда должен понимать, что есть ситуации гораздо сложнее и хуже. Ну да, если смотреть со стороны, то MdS – это сложно. Организаторы постарались сделать одну из сложнейших гонок на планете. Но как участник я не могу сказать, что гонка сложная – я же ее выиграла.

Дубай

Фото Globallookpress.com

В декабре был сложный этап: я думала, как вернуть деньги за первый MdS, в котором я участвовала, и у меня не было финансирования на новую поездку. Я тогда сказала инвесторам: если ехать во второй раз, то только за победой, и тогда я должна по-минимуму работать и по-максимуму готовиться. Все одобрили, сказали, что поддержка будет. Но она до декабря отсутствовала, и я начала перерабатывать. Сложно работать и готовиться к соревнованиям. Стало понятно: тренируюсь я недостаточно, что дальше – непонятно.

В какой-то момент я решила попробовать еще поискать инвесторов. В Перми зимой сложно заработать на беге, я поехала в Москву. Вскоре появилось предложение из Дубая. Мой друг Ринат Мустафин, участник MdS 2015 года, живет с семьей в Дубае. Он взял франшизу I Love Running. В январе он пишет: Наташа, нужен тренер по бегу, можешь кого-то посоветовать? Я подумала: это я. С нынешним курсом рубля в России непросто. Я поняла, что предложение из Дубая реально перевешивает, хотя бы по зарплате. Собрала за неделю вещи и поехала.

В Дубае очень дорого. Для меня, как человека, который немного путешествует и не был в Эмиратах, это стало откровением. Пакет молока стоит 200-300 рублей. Я живу в маленькой комнате в большой новостройке, она стоит тысячу долларов в месяц. Я когда-то в Перми удивлялась, как у меня подруга снимает квартиру за 16 тысяч в месяц, а теперь я сама в маленькой комнате за 85 тысяч. Хотя это хороший район. Зарплаты тут, понятно, тоже выше. Россия и Эмираты – две разные планеты. Качество дорог, машины, дома, инфраструктура, действительно большое количество роскоши – и все это после Перми.

Когда я приехала, первое, что бросилось в глаза – условия для занятий спортом. Тут есть дорожки для бега. В нашем доме есть тренажерный зал и три бассейна. При этом люди не занимаются. Это подтверждает мысль о том, что люди не ценят то, что у них есть. Я подумала: в Перми я жила в условиях, не располагающих к тренировкам. Бегала где-то по городу, по полям и не видела сложностей. Здесь я вижу совсем другой уровень и люди все равно находят сложности: зал недостаточно близко, еще какие-то пустяковые причины. Ну да, тут жарко, сейчас градусов 35, тренировки начинаются в семь утра, потому что потом жара. Но я не вижу ничего сложного в том, чтобы просыпаться в пять утра, бежать на тренировку, потом пораньше ложиться спать. Все ограничения – в голове.

Дубай – мусульманская страна. А я привыкла в жару ходить в коротких шортах и маечке, а здесь так не походишь. Меня никто еще в полицию не водил, но меня предупреждают: давай-ка, Наташа, не ходи в коротких шортах за пределы нашего курортного района. Тут я еще могу сойти за европейскую туристку. А так-то я уже резидент. Если девушка пришла в торговый центр с голыми плечами, то это уже вроде как нельзя.

Я скептически отношусь к подобному символизму, несмотря на многовековую историю религии. Мы все люди, одинаковые по своей природе. Внешняя атрибутика и ритуалы любого вероисповедания это не более чем надуманность. Конечно, я стараюсь никого не раздражать, тем более мы гости в этой стране, но с этим мне пока тяжело. Еще, я слышала, Рамадан будет летом – нельзя будет кушать и пить прилюдно, закроются все кафе. Как мы, интересно, будем пить на тренировке? Тебе надо, а ты не можешь – Рамадан. И это Дубай еще свободная страна, в Саудовской Аравии женщина вообще не может ходить без абайи. Надо время, чтобы я ко всему этому привыкла, пока мое нутро сопротивляется.

У меня довольно широкий круг общения, тут много русских и пермяков. В Эмираты они приезжают зарабатывать, страна для этого открыта. Здесь еще много европейцев, филиппинцев, индусов. Местные здесь обеспечены хорошим капиталом с рождения, им нужна рабочая сила: кто-то должен строить, заниматься общественным транспортом. Здесь нет такого понятия как «понаехали». Наоборот: приезжайте, работайте.

В Дубае у меня трехлетний контракт. Но я скучаю по своей стране, планирую как минимум в отпуск ездить. Мне здесь хорошо, потому что много друзей.  И сейчас такой период, когда надо развиваться и делать карьеру. Но для меня гораздо понятнее жить в России.