У нас женщин воспитывают в стиле латентной проституции: Михаил Литвак

У нас женщин воспитывают в стиле латентной проституции: Михаил Литвак

Люди рождаются гениями, а в процессе воспитания из них делают тупиц. Способных к одному делу часто заставляют выбрать совершенно другую профессию, и человек потом страдает всю жизнь. А любить большинство и вовсе не умеет, считая любовью болезненную потребность в другом человеке.


Об этом в интервью рассказал академик РАЕН и психотерапевт европейского реестра Михаил Литвак.


 


— После прочтения ваших книг складывается впечатление, что все у нас делается не так.

Не так учат, не так лечат, не так работают, не так создают семьи. Правильно я вас понимаю?


— Не совсем правильно. Те, кто как надо учатся, работают, создают семью и ставят верные цели, им у меня нечего делать. Ко мне приходят люди, которым тяжело. А раз им тяжело, значит, они как-то не так росли. Мне один образ очень нравится. Прямое дерево, которое растет вверх, чувствует себя хорошо. А кривому плохо.


— Судя по вашим рассуждениям, у нас почти все кривые.


— Да, здоровых не так много. Психологически здоровых. В процессе воспитания на человека накладывают какие-то ограничения, и вместо ровного роста он начинает корежиться. А потом ему становится плохо, и он ищет помощи.


— Вы говорили, что в психологической помощи у нас нуждаются 85% населения.


— Это мои исследования четырех тысяч работников двух больших заводов. Выборка достаточно большая, чтобы ее можно было экстраполировать на других. Но зная нашу педагогическую систему, трудно себе представить, что в ней можно сохраниться. Ведь в чем ее суть? Что человек, такой, какой он есть, он нам не нужен. Как на газоне когда растения вверх вылезают, их стригут, также и людей подстригают. Как только появляется какой-то выдающийся школьник, с ним начинают бороться, что он — не такой, как все. Естественно, больше всего страдают именно те люди, которые могли бы много добиться.


— И что же делать?


— Ребенка надо выращивать, а не воспитывать. Воспитание — это ограничение. И самое тяжкое ограничение — это запрет мыслить. Потому что если ребенок начнет делать что-то свое, непонятное учителям, они ему поставят двойку. Вот я помог младшему сыну решить задачу по математике. А сын потом говорит, неправильно, у нас учительница не так решала. И в следующий раз он будет уже не задачу решать, а угадывать, что нужно учителю. Или когда у человека безрадостная жизнь, он начинает праздники праздновать. А это не по природе. По природе каждый день должен быть праздником.


— Как это?


— Элементарно просто. Интересный труд и любовь. Причем любовь на втором месте. У нас от любви ждут больше, чем она может дать. Вот я дом построил. Электричество есть, водопровод, отопление, канализация. Все, можно жить. Но нет обоев. А люди думают, что обои — это самое главное. Образно выражаясь, дерьма в голове много, и это дерьмо управляет поведением.


— Под дерьмом что имеете в виду?


— Установки, которые противоречат реальной действительности. Например, празднование Нового года. Оно обходится человеку в 100 тыс. долларов как минимум. Только я считаю не из того, сколько он сейчас зарабатывает, а сколько хотел бы и мог. Например, нормальный заработок психотерапевта в час — это 100 долларов. Но его можно достигнуть не сразу, в 18 лет, а в 25. Но если люди две недели до Нового года черте чем занимаются, две недели после, то и не дорастают до самих себя, конечно. А тут еще правила — думать не надо, выполняй, и тебя никто не тронет. Расти только не будешь. А потом станет плохо. Человек же чувствует, что способен на большее.


— Получается, что праздники и традиции выдумали какие-то вредители?


— Нет, не вредители. Они когда-то были нужны, служили делу. Например, свадьба. Раньше все, кто приходили к тебе на свадьбу, потом шли строить тебе дом. А сейчас это призрак. И такие призраки продолжают забирать у нас драгоценное время, энергию, силу, и потом на реальные дела их уже не остается. Или возьмем законы социальной жизни. Если я вырастаю, а человек вместе со мной расти не хочет, значит, с ним надо расстаться. Тут начинается — забыл, в одном классе учились, а теперь общаться не хочешь. Я же учу — если твой товарищ получил повышение и стал начальником, перестань с ним общаться. Ему с тобой не с руки будет, к нему же теперь совсем другие люди ходят. А не нравится твое положение — думай, как вырасти.


— И как же вырасти?


— Нужно стать профессионалом экстра-класса. Тогда автоматически станешь полезным другим. Это еще Адам Смит говорил. Я вот книжки пишу. Рассказываю, как лучше жить, удобнее. Результаты есть — многие мои ученики круто вверх поднялись. Можно, оказывается, и в наших условиях успехов добиться. А когда перестал Дни рождения и новый год праздновать, хоть бы кто от общения со мной отказался...


— С праздниками понятно. Они созданы для тех, у кого скучная работа. А откуда пошло это подстригание тех, кто выше остальных?


— Так мне же трудно вынести, что кто-то выше меня. Зависть.


— Учитель завидует ученику?


— Завидует, если тот обладает большим творческим потенциалом. А учитель, если перестал расти, становится для ученика преградой.


— Но как же тогда получается, что счастье человека в личностном росте, а люди расти не хотят?


— Они невротизированы. Я сейчас стараюсь не консультировать любовную тягомотину, потому что мне откровенно скучно, когда человек сам из себя ничего не представляет, а претендует на то, что должен иметь человек состоявшийся. Здоровый, духовно развитый, экономически независимый. А мне отвечают — какой цинизм.


— В ответ на ваше предложение стать профессионалом экстра-класса?


— Когда человек приходит с любовной тягомотиной, я спрашиваю, сколько ты зарабатываешь. Научись зарабатывать пять тысяч долларов, а потом занимайся решением семейных проблем.


— А кроме как стать профессионалом экстра-класса, другой путь есть?


— Я не знаю. А за чей счет жить?


— То есть те люди, которые не работают, например, жены «новых русских»...


— Идиотки. Вот пример приведу. У нас один ростовский олигарх женился на парикмахерше, снял ее с работы. А потом его застрелили. Ей 25 лет и пятилетний ребенок. Так я наблюдал, как она через несколько лет по миру пошла. Была бы обучена — удержала бы состоянием. А он говорил, зачем, я сам заработаю. Рассказывать об этом тяжело, тебя как идиота воспринимают. И о том, что в деловом плане мужчина и женщина — это одно и то же.


— Рассуждения многих женщин, что для них карьера вторична, а первичны дом, семья, дети — это глупости?


— Конечно, глупости. Люди, когда собираются вместе, собираются по взаимному дополнению. Я знаю одну семью. Она — директор завода, он — детей воспитывает. И нормально получается, когда он понимает, что у него лучше эти качества развиты, а у нее — деловые. Ведь это же статистика, что мужчина более деловой. А мы имеем дело с конкретным случаем.


По статистике мужчины выше ростом, чем женщины, но у меня на семинарах есть женщины, которые на 10 сантиметров выше меня.


Мужчина и женщина — это только когда речь идет о сексе и участии в деторождении. А когда речь идет о деле, тут кто лучше делает. У нас же женщин воспитывают в стиле латентной проституции. Она ищет мужчину, который бы ее защищал, кормил, жил для нее. А сама она может быть никем.


Как это назвать? Мне обычная проституция кажется более честной, когда проститутка отрабатывает технику секса, получает деньги и не навязывается мужчине в постоянные спутницы жизни. Мне кричат — аморально. А я говорю — разве не аморально жить с человеком, которого ты не любишь, и он тебя не любит, а просто социум требует. По-моему, это более аморально.


— А если в семье один человек ориентирован на рост, а другой расти не хочет, то развод неизбежен?


— Конечно. И лучше его зафиксировать, чем делать вид, что семья сохранилась.


— Один из ваших учеников однажды спросил у вас, правда ли, что кругом одни сумасшедшие. Вы сказали, что это так.


— Это еще Ницше сказал, что сумасшествие единиц — исключение, сумасшествие масс — правило. Есть психотические расстройства — бред, галлюцинации, нелепое поведение. Таких сумасшедших немного, где-то шесть на тысячу. А есть невротические расстройства — зависть, обидчивость, застенчивость, стыд, чувство вины. И ими страдают большинство. И мой ученик просто очнулся и понял, что все живут не по жизни, а по правилам. А жизнь совсем другая. Что люди не видят друг друга, а видят образ.


— И тратят все силы на игру ролей?


— Да. У девушки золотая медаль и красный диплом. Ей надо дальше учиться, а она зациклилась на мужиках. Когда я детей заводить буду?


— То есть женщинам не стоит переживать, если у них к 25-30 годам еще нет мужа и детей?


— Так если она береза, то ей нужен кипарис. А пока она ростом с помидор, ей может попасться хороший мужчина? Нет. Только помидоры и будут попадаться.


— Жизни хватит вырасти?


— Конечно, хватит. Надо только начать расти. Вначале медленно, а потом рост пойдет с огромной скоростью.


— А что делать старикам и инвалидам, которым профессионалами уже не стать?


— Этого я не знаю. Я не президент. Но к молодому и здоровому человеку, если у него что-то не получается, у меня никакого сострадания нет. Пойди на оптовый рынок, купи и потом продавай. Или на машине таксуй...


— Если бы президент взял вас в советники, что бы вы ему посоветовали?


— Сначала я бы изучил состояние дел. Вот сейчас сидя я вижу одно, а стоя — совершенно другое. В этом и беда наша, что мы за президента рассуждать беремся, а за самих себя никак решить не можем. Займитесь делом, чтобы государство вами не занималось. Если не надо будет возиться с молодыми и здоровыми, может, и для стариков что-то большее появится.


— Сейчас представители власти к вам обращаются за советом?


— Обращаются и довольно часто. Дело в том, что многие, кто у меня учились, они уже сами вошли во власть. А у нас как бывает — хорошего врача ставят завотделением. Но ведь там совсем другие обязанности. Там нужно другими управлять, а не больных лечить. Вот и пригождается наша школа. У меня есть группа директоров, человек 30. Недавно еще двух сделали. Кстати, сейчас я с олимпийской сборной работаю, так у них даже биохимические анализы в норму пришли. Что характерно — там люди мотивированы на высшие достижения. А когда нашему невротику говоришь, брось ты это, ты должен весь мир завоевать, он на меня смотрит как на сумасшедшего. Он доживать приходит, чтобы хоть как-то протянуть.


— Чего же олимпийцам не хватало?


— Проблемы те же самые. Жена от него ушла, а он о ней думает. Мы помогли, чтоб не думал, и результаты стали лучше. Или на гребле четверка в лодку садится, и все друг с другом на ножах. Небольшая работа с ними — дружнее стали.


— Кстати, по поводу «ушла жена». Одна из ваших идей — это десакрализация любви. По крайней мере той, о которой пели песни, из-за которой кончали с собой. А пришел Литвак и сказал: любовь — это активная заинтересованность в жизни и развитии объекта любви, а все остальное — невротическое расстройство.


— Вообще, любовь — вещь редкая. Ее мало кто видел, и мало кто умеет любить. Люди называют любовью то, когда без этого человека жить не можешь. А это не любовь, а нужда. Любовь — это когда мне с этим человеком еще лучше, хотя мне и так хорошо.


— То есть если у одного человека при виде другого начинает учащенно биться сердце...


— Истерия самая настоящая. Детская реакция — вынь да положь. И обида, что тебя бросили.


— А как же поговорка «кто не теряет голову, тот многое теряет»?


— Глупость.


литвак психология